logo

Скетчинг: как и почему рисунок от руки на бумаге победил фотографию

Рассуждает член Московского Союза Художников, Владимир Харченко-младший.

Владимир Харченко-младший на фоне своих работ

Художники еще совсем недавно казались мамонтами. Вымирающим видом, который протянет максимум лет пять-десять, а потом окончательно прекратит свое существование. Развитие технологий заставило художников эволюционировать и уйти в виртуальную реальность, чтобы создавать на планшетах идеальные картинки. Все стало просто – выбираешь виртуальный карандаш или маркер, а можно вообще виртуальную кисть с виртуальной масляной краской – и рисуешь на планшете в свое удовольствие.

Создаешь свой виртуальный мир. Идеальный мир, потому что любой неверный мазок или штрих легко удалить одним нажатием клавиши.

Не нужно начинать все заново, как сто лет назад, когда смысл рисунка был совсем другим. В XIX веке аристократы обязаны были уметь хоть как-то рисовать – такая творческая дисциплина, как изобразительное искусство приравнивалась к, допустим, изучению французского языка.

Считалось, что особых способностей не нужно, если не хочешь делать карьеру Ивана Айвазовского или Карла Брюллова, однако рисовать умели многие известные люди того времени. Рисунок заменял еще не изобретенный фотоаппарат. И поэтому в путешествиях рисовали то, что видели вокруг. Развилины Помпей, величественный Колизей, статую Давида – в общем, все интересное, что попадалось на глаза.

К. Брюллов. Эскиз картины “Последний день Помпеи”

Уже в XX веке, с широким появлением фотоаппаратов, рисунок с натуры или «скетч», как модно сейчас его называть, стал менее востребован, однако профессия художника по-прежнему считалась престижной.

В. Харченко-младший. Серия “Амстердам”. Мосты, 2013 год

Фотографы тоже набивали себе цену – ведь им приходилось не только нажимать на кнопку, но еще и разводить всевозможные растворы для проявителей, пользоваться увеличителями для печати в глухой темноте, в общем, у них была своя магия. С появлением «мыльниц» — компактных фотоаппаратов и распространением печатных услуг вся сакрализация процесса фотографии оказалась безжалостно уничтожена. Ну а с появлением доступных «зеркалок» профессиональными фотографами стали все, у кого было хоть какое-то чувство композиции и желание научиться наводить на резкость. И, наконец, смартфоны и инстаграм в XXI веке окончательно уничтожили всю магию снимка. Профессиональные фотографы не могли блеснуть даже хитрой выдержкой или фильтрами – все эти фокусы стали доступны кому угодно.

В. Харченко-младший. Серия “Хорватия”. Поречь. Кафе, 2013 год

Однако вместе с магией исчезло и еще кое-что важное, а именно – творческая составляющая. Большинство фотографий стали повторять одни и те же виды, «селфи» в популярных местах быстро приелись – буквально до крови в глазах. И это не удивительно: в миллиардах любительских фотографий – пусть даже очень красивых – не осталось никакой души. Можно было приехать в романтичную Венецию или туманный Лондон, сделать сотни или тысячи снимков, галопом обежать все достопримечательности и красиво сфотографироваться на их фоне, но при этом так и не создать ничего примечательного или интересного. Все уже это видели, только с другими лицами на переднем плане.

В. Харченко-младший. Серия “Франция”. Авиньон. Улица в старом городе, 2017 год

И в этот момент неожиданно для многих стали набирать популярность скетчи – быстрые рисунки с натуры. Непрофессиональные, кривые, плохие по композиции, непродуманные, но – живые! Можно выложить в Инстаграме десятки фото каналов Амстердама и получить какое-то количество лайков, а можно нарисовать обычный амстердамский велосипед, который не отличается ничем от московского или питерского, и собрать урожай из сотни одобрительных комментариев. Главный секрет – велосипед обязательно должен быть амстердамским. Нельзя выдать российский велосипед за голландский – зрители обязательно почувствуют подмену. Основная ценность скетча в том, что он передает дух и настроение места, где был сделан. И его нельзя скопировать. Можно растиражировать, в нем даже сохранится какое-то отражение жизни, однако настоящая ценность будет именно в том листочке бумаги, который потрепал амстердамский ветер, на который падали брызги от весла венецианского гондольера или на котором остались мельчайшие песчинки с греческого пляжа.

В. Харченко-младший. Серия “Амстердам”. Перекресток с велосипедами, 2016 год

Я понял эту ценность довольно рано – в четырнадцатилетнем возрасте, когда сидел на солнце в Эстонии на границе с Россией и рисовал замок. В блокноте у меня уже была небольшая коллекция рисунков из Таллина. Ко мне подошли двое туристов – муж и жена. Они были немцами и заговорили со мной по-английски. Благодаря знаниям, полученным в языковом классе, я смог с ними вполне сносно изъясниться и очень удивился, когда понял, что они хотят купить два рисунка. Заплатили дойч-марками – тогда еще не существовало наличного евро. С этого момента я понял, что скетчи, сделанные вручную, это ценность. У немцев были фотоаппараты, они могли купить открытки в сувенирном магазине. Однако им хотелось получить в коллекцию живые рисунки, в которых сохранился бы дух места.

В. Харченко-младший. Бельгия. Льеж. Рассвет, 2013 год

Скетчи меня учили делать в художественной школе. Тогда и слова-то такого не было. Нас просто в начале мая каждый год отправляли «на пленэр» – в зоопарк, в Новодевичий монастырь или в Коломенское. Учили не обращать внимания на прохожих. Кстати, это несложно – если увлекся, то не всегда понимаешь, что за твоей спиной кто-то стоит и смотрит. Люди, на самом деле, не так часто заговаривают или беспокоят. Могут сказать что-то одобрительное. Плохое не говорят никогда – кому не нравится, тот просто молча проходит мимо. И поэтому скетчинг всегда заряжает художника позитивными эмоциями. Я не люблю красоваться – поэтому не рекомендую устраиваться с блокнотом посреди Красной площади – да и наверняка погонят полицейские. Если вы хотите нарисовать с натуры Спасскую башню и собор Василия Блаженного, то лучше заплатите за чашку кофе в кафе ГУМа и рисуйте, сидя за столиком, в свое удовольствие – никто не прогонит. Наоборот – окружающие обратят внимание, что вы заняты таким модным делом, и будут одобрительно улыбаться – но не более.

В. Харченко-младший. Флоренция. Мост Ponte Vecchio, 2017 год

И еще хорошее умение – рисовать стоя. В этом случае, выбор точки – независим. Я рисовал площадь у Дворца Дожей в Венеции, пока стоял в длинной очереди в Собор Святого Марка, у Ратуши в Таллинне, у Адмиралтейства в Петербурге, у крепостной стены в Авиньоне, на площади Синьории во Флоренции, у Дома Рембрандта в Амстердаме. Главное – выбрать правильную точку. Она должна быть с интересным видом, но при этом расположена чуть в стороне от основного туристического потока. Эти два условия не всегда совпадают. И поэтому скетч необходимо зачастую делать быстро и энергично. Однако если найдено удобное место с хорошим видом, вдалеке от туристов, то можно сидеть и долго.

В. Харченко-младший. Серия “Хорватия”. Поречь. Пляж, 2013 год

В Амстердаме я устроился как-то на пирсе рядом с баржами и принялся рисовать. Было утро. Спустя полчаса на соседней барже началось шевеление. На палубу вышла супружеская пара – массивный, с огромными мускулами бородатый мужчина, похожий на викинга, и его супруга. Они накрыли стол на улице и сели завтракать с видом на меня. У них было прекрасное утро: они неспешно ели и наблюдали, как я рисую. Завершив трапезу, мужчина подошел ко мне и спросил:

– Почему ты выбрал это место?

– Здесь мало людей и отличный вид, — ответил я. – Особенно мне нравится лодочка у того берега.

Обхватив руками свои огромные бицепцы, он посмотрел на рисунок и переспросил с интонацией пятилетнего ребенка:

– Тебе, правда, нравится эта лодочка?

– Конечно!

– Так это моя лодочка! – сказал он с трогательной гордостью, достал телефон и попросил разрешения сфотографировать рисунок.

В. Харченко-младший. Серия «Амстердам». Мост и фонари, 2016 год

Подобные короткие диалоги вдохновляют. Понимаешь, что рисуешь – не зря. У скетчинга есть еще одна особенность. Рисование позволяет увидеть место по-настоящему, сосредоточится на нем. Как обычно ведут себя туристы? Со смартфонами наперевес они стремительно изучают пространство, стараясь сделать селфи на фоне всех главных достопримечательностей. Потому что у таких туристов задача – увидеть все и сразу и ни в коем случае ничего не пропустить. В результате они обычно не видят ничего – все их впечатления съедает экран смартфона, потому что вначале они смотрят в него, чтобы сделать фотографию, а потом они листают снимки, чтобы показать друзьям или запостить в Инстаграме. Они видят достопримечательности в живую мельком, очень недолго. Рисовальщики смотрят на мир иначе. Они не стремятся увидеть все достопримечательности, понимая, что это невозможно, если хочешь ощутить дух места.

В. Харченко-младший. Серия “Италия”. Вид из окна отеля в деревне Пьетрасанта, 2014 год

Нужно остановиться в одной точке на какое-то время – на двадцать минут, на час – на сколько нужно – и расслабиться. Можно сесть в летнем кафе и заказать кружку пива, бокал вина или чашку кофе. Можно устроиться на лавочке или прислониться к какой-нибудь ограде. И тогда в рисунке останутся «впечатления наоборот» — не когда все достопримечательности вихрем пронесутся мимо, оставаясь в памяти смартфона, а когда весь город пройдет мимо и останется в памяти художника и на бумаге. Проплывут один за другим гондольеры по каналам Венеции, проедут вереницы велосипедистов вдоль набережных Амстердама, пройдут наряженные в средневековые одежды зазывалы в центре Таллинна, пробегут мимо официанты с рядами стаканов на подносах в пивной Дюссельдорфа, проедут мимо на квадроциклах туристы в Греции, и все эти впечатления замрут в линиях скетча. Один рисунок способен выразить больше, чем сотни селфи на смартфоне.

В. Харченко-младший. Серия “Амстердам”. Кафе и лодки, 2016 год

Методы скетчинга бывают разные. Существует несколько внутренних для меня правил. Главное – нет права на ошибку. Нельзя делать скетч карандашом, стирать неудачные линии, рисовать заново. Такой рисунок не будет живым – он в итоге станет долгим, мертвым и затертым. Конечно, в некоторых случаях можно начать с карандаша, чуть подкорректировать что-то, но не вылизывать до совершенства: никто все равно не оценит эти бесполезные усилия. И поэтому я предпочитаю сразу все делать фломастером. Он не дает право на ошибку – если рука дрогнула и скетч оказался безнадежно испорчен, то кнопочки undo, как на компьютере, уже не будет – придется все делать заново. Зато тренируется глазомер и твердость руки. Еще одно правило – всегда доводить рисунок до конца, даже если он не нравится. Совсем неудачное начало можно выбросить и нарисовать все заново, но в тот момент, когда листок комкается и отправляется в корзину, необходимо дать себе внутреннее обещание все равно нарисовать этот конкретный вид. И без промедления приступать к работе.

В. Харченко-младший. Серия “Амстердам”. Дом Рембрандта, 2013 год

Нельзя искусственно ограничивать себя во времени – то есть ставить секундомер на десять минут и пытаться уложиться в этот короткий отрезок – это глупо. При этом естественные временные ограничения бывают полезны в качестве дополнительного вызова. Что значит естественные? Это когда вы стоите на красивом вокзале и ждете прибытия поезда. Вы знаете, что у вас есть пятнадцать минут, и когда поезд прибудет, то придется закрыть блокнот и заканчивать рисунок уже по памяти. Или интересное развлечение я устроил на пароме, направляясь из Афин на Миконос. По пути паром делает несколько остановок в портах на живописных кикладских островах. И у меня было буквально двадцать минут, пока этот огромный корабль причалит, выгрузит пассажиров с машинами, загрузит других путешественников и отчалит. В таком случае рисование на скорость придает азарт, а скетчу – добавляет свободы.

В. Харченко-младший. Серия “Италия”. Венеция. Вид на Гранд Канал, 2014 год

Пожалуй, самое сложное в скетчинге – это правильно выстроить композицию. Начиная рисовать с крыши можно так увлечься, что двери и земля уйдут за пределы листа – это испорченный рисунок, если, конечно, главным объектом не были окна. Начиная рисовать снизу, можно забыть про красивые крыши и небо, тогда тоже к рисунку возникнут вопросы. Конечно, сложно выстраивать композицию с фломастером в руках и без права на ошибку – но ведь так даже интереснее. В любом случае, какую технику скетчинга ни выбрал художник – фломастерами, акварелью или просто карандашами, какой метод ни оказался ближе – быстрый, живой или медленный, но выверенный по линиям – рисование должно приносить удовольствие. И при этом оставаться определенным трудом. Любой рисунок – это маленькое преодоление себя, ведь всегда найдется пара линий, которые нужно будет сделать безупречно, потому что именно они отвечают за общее впечатление и несут в себе дух места.

В. Харченко-младший. Греция. Миконос. Пляж Agrari, 2012 год

 

Совсем скоро работы Владимира Харченко в онлайн галерее SIXDAYSART!

 



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *